|
Я вышел из своей комнаты, которая находилась на восьмом этаже в обычном бетонном здании, на балкон. Почему-то меня совсем не удивило то обстоятельство, что балкон этот был перекошен и слишком узок, и у него было совсем низкое ограждение — примерно по колено высотой. Скошен он был вниз градусов так на тридцать и, поскольку я был невозмутим такому странному положению вещей, то бояться было нечего — видимо так было всегда. Я совершенно не помню, зачем я пошел на балкон, но точно не покурить. Кажется, я что-то хотел от туда достать и, по-обыкновению, из-за горы хлама, скопившегося там за несколько лет, мне пришлось долго искать ту самую вещь, за которой я пришел. Потом я помню дикий страх, который я испытал, когда балкон стал увеличивать свой угол наклона (очевидно под моей тяжестью) и вскоре обвалился. Вместе со мной… Я падал вниз, держась за этот низенький бортик, как будто он мог мне помочь спастись. Все происходило так быстро, что нужно было что-то предпринять — ведь умирать в свои двадцать лет совсем не хотелось. Как это не странно, но я часто думал о той ситуации, когда, не дай Бог, я вдруг полечу со своего балкона вниз. И я видел дерево, довольно высокое, доходящее этажа так до пятого, на которое было бы лучше упасть и, быть может, которое смогло бы смягчить своими ветками предстоящий удар о землю. Мне казалось, что так будет лучше. И вот сейчас, я лечу на этой чертовой плите прямиком к своей смерти. И все что мне оставалось, это, конечно же, быстро вспомнить свои мысленные проекции о падении на дерево, которое мне поможет. Я так и сделал — оттолкнулся от плиты что есть мочи и полетел в сторону дерева и, кажется, на него попал… Я совершенно не помню как я очутился живым, без единой царапинки, перелома, ушиба… Я даже не терял сознания и был, как мне казалось, в здравом уме. В тот момент я понял — это не сон — я просто упал с балкона. Осознание всего этого пришло ко мне, когда я стоял в своей комнате и смотрел в окно, за которым находился почему-то целый, с высоким ограждением, не перекошенный и не узкий, балкон. «Черт возьми!» — подумал я: «Что же это было?» Я быстро рванул на балкон, даже не задумываясь о том, что он, как и прежний, может обвалиться. Посмотрев вниз, передо мной возникла страшная картина — на асфальте лежало мое тело! «Господи, Боже мой! Это как?» — мелькнуло у меня в голове. Сразу сообразив, что если я еще жив, то мне стоит как можно скорее себе же помочь, я побежал на улицу. На улице, почему-то с грустным лицом, стоял Игорь — мой давний приятель еще с тех времен, когда мы были в лагере «Авроровец». Правда, в последнее время мы совсем не виделись, времена нашего общения давно прошли. Конечно же, первым делом я у него спросил, знает ли он, что со мной случилось. Не удивляясь заданному вопросу и немного смущаясь, он сказал: — Да, знаю, ты упал с балкона. — Так я жив или нет? — спросил у него я, опасаясь услышать ужасный ответ. — Ну как бы… В общем, ты упал и сразу умер. Там приезжали врачи, но они не смогли тебе помочь, — выдавил с явной грустью приятель, не глядя мне в глаза. — Как умер?! — взбесился я, не желая верить в рассказ Игоря, — Там ведь деревья, я прыгнул специально на них, они должны были смягчить удар! Может можно мне чем-то еще помочь?! — Ну я не знаю, вообще-то ты правда умер, — с еще большей грустью выдал он мне. И тут я точно понял: это правда, что я умер, никто и ничто уже не сможет помочь. И как обычно со мной бывает, я сразу же стал сживаться с горькой мыслью, думать о том, как жить дальше и очень сильно хотеть того, чтобы это был всего лишь сон.
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
roland303's journal
